«На первом месте у них нужда в человеке»: как в Москве помогают одиноким ветеранам

 Москве живет около 50 тысяч ветеранов войн и боевых действий. Несколько тысяч — одиноки, больны и не могут себя обслуживать. О них заботится Московский Дом ветеранов — подбирает сиделку, решает бытовые проблемы, вывозит на лечение в санаторий, на связи с каждым в режиме 24/7. Корреспондент ТАСС съездил вместе с сотрудником Дома к нескольким подопечным, чтобы посмотреть, как организована работа его социальной службы.

 

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ДУЭТ

«Добрые руки сиделки продлевают мне жизнь»

Сиделка Татьяна Цыганова придумала свой способ, как не паниковать во время пандемии...
Удивительно, но до начала режима самоизоляции в квартире 94-летней Валентины Ивановны Сливковой очень редко звучали музыка и песни. Все переминалось с конца марта. Ветеран стала замечать, что ее сиделка Татьяна все чаще и чаще стала «глушить» новостные передачи собственным «мурлыканием».

Ухаживая за ветераном, сиделка затягивала старые-добрые советские шлягеры. Причем, чем пугающе звучали сводки о пандемии, тем бодрее пела Татьяна. Валентина Ивановна поняла, что таким образом сиделка пытается защитить ее больное и беспокойное сердце от лишних переживаний.

Ради своей подопечной Татьяна свое свободное время тратила на разучивание новых-старых композиций. Постепенно к пению подключилась и Валентина Ивановна. Настроение у нее поднялось: она согласилась играть «в города», разучила новые пословицы и поговорки, активнее стала заниматься лечебной гимнастикой. Скучать и смотреть телевизор стало совсем некогда.

– Спасибо сотрудникам Московского Дома ветеранов за тепло, спокойствие, доброту, которой они нас окружают. Добрые руки сиделки продлевают мне жизнь, – сказала Валентина Ивановна.

Не все ангелы делают селедку под шубой

Два месяца не видела дочь

Николай Кузьмич Лебедев родился за год до Октябрьской революции, осенью 1916 года. Войну встретил 25 летним богатырем, участвовал почти во всех главных сражениях самой кровавой войны: оборонял Москву, дрался за Сталинград, гнал фрицев от Курска до Европы. Ранений не счесть.

– Он кремень! Кузьмич никогда ни о чем никого не просил. Год назад я с сотрудниками местного ТЦСО с боем уговорила его принять в подарок многофункциональную кровать. Еще упирался. До 104-х лет он мучился на своей неудобной лежанке, но ни разу не пожаловался, - говорит Джиргил.

Джиргил – личный "ангел-хранитель" Николая Кузьмича. Она оберегает и обслуживает его уже 4 года. Когда началась пандемия коронавируса Джиргил самостоятельно приняла решение самоизолироваться вместе с Николаем Кузьмичом. За это время они не покидала свой пост. Уже два месяца она не видела свою маленькую дочку Наталью и отца. Дабы избежать малейшую вероятность заражения Джиргил попросила коллег-соцработников из ТЦСО пока не навещать Кузьмича. Весь груз забот о лежачем долгожителе взвалила на себя. Чего ей это стоило она не говорит, а маска хоть как-то скрывает черные круги под глазами.

– Мой кремень сейчас все больше молчит, каждое слово ему дается с трудом. Даже одобрительный кивок головы не допросишься. Вот мне и пришлось научиться читать его мысли по глазам. Например, Кузьмич очень любит селедку под шубой. Всякий раз, когда я вижу этот хитрый прищур его красивых глаз, к гадалке не ходи, значит надо идти готовить шубу, - говорит Джиргил.

Джони – молния

Столетней дружбе карантин не помеха

Они познакомились в первом классе, 93 года назад. Серьезный мальчишка и искорка- девчонка. Потом война и годы, годы, годы. Он стал важным ученым, а она – блистательной актрисой. Николай Васильевич Шиганов запускал ракеты, а Алевтина Степановна Лутина зажигала сердца. Их ниточку дружбы не брали ни снаряды, ни годы, и только злосчастный Ковид полоснул своей секирой. Вот и совместное празднование 100-летнего юбилея Николая Васильевича друзьям пришлось отложить на следующий век.

- Мы теперь даже не можем поговорить по телефону, потому что трубки – никудышные, ничего не разобрать, - жалуется, почти потерявшая слух Алевтина Степановна. – Если бы не Джони, то совсем было бы тихо. Она стала моим переводчиком – расшифровывает, что говорит Николай. Так мы и держимся друг за друга с ее помощью. Джони, как молния. Горячая штучка. Она может согреть одним прикосновением и как-то все успевает по хозяйству: готовит, убирает, шьет, приносит мне журналы и болтает со мной о мужчинах и политике.

За годы, что сиделка Джони Рустамова ухаживает за участницей войны Алевтиной Степановной Лутиной она стала для нее еще одним лучшим другом. 7 июня Джони накроет праздничный стол с тортом в 100 свечей для нее, и они очень сильно будут ждать его звонка... в дверь.

Responsive Free Joomla template by L.THEME